Интервью из прошлого. Сергей Скаченко: «Михайлович нагло толкнул меня в спину»

К 25-летию некогда популярной газеты КОМАНДА мы решили открыть рубрику «Интервью из прошлого», в которой найдем место наиболее резонансным и памятным публикациям разных лет

Фото dynamo.kiev.ua

Сегодня герой проекта — экс-нападающий сборной Украины Сергей Скаченко. В конце 2002 года форвард, расторгнув контракт с французским Мецом, рассматривал другие варианты продолжения карьеры.

«Капитан сказал «нет», значит, «нет»

Об уходе из Меца ты по­думывал уже давно, однако по­лучить «вольную» все никак не мог. Что подтолкнуло руковод­ство клуба все-таки пойти на расторжение контракта?

— Я не играл, какой же смысл команде держать у себя футбо­листа, которому не доверяют? Мы поговорили по этому поводу с президентом Меца Карло Молинари и пришли к выводу, что мне было бы лучше сменить об­становку.

— Шансов со временем заво­евать расположение тренера у тебя не было?

— Я слишком долго ждал свое­го шанса, однако так его и не по­лучил. Во Франции отношение к спортсменам из Украины, не только футболистам, мягко гово­ря, неоднозначное. Получалось, когда в первом сезоне я регуляр­но выходил в основе, то зани­мал место местного игрока. Кому это понравится? Вот и ходили французы к президенту, просили убрать меня из состава, хотя на тренировках, по отзывам прессы и некоторых специалистов, я вы­глядел, по крайней мере, не хуже остальных. Знаю, что сам капитан команды перед каждой игрой убеждал руководство не ставить Скаченко.

— А что же тренер?

— Он не может пойти против французов. Иначе рискует ли­шиться своего поста.

Почему же Мец не рас­стался с тобой раньше?

— Клуб, видимо, хотел отбить за меня деньги, однако так получалось, что все предложения поступали только об аренде. Сна­чала была Швейцария, где я выступал за Ксамакс, затем япон­ская Хиросима под руковод­ством Валерия Непомнящего. Впрочем, надо было искать пос­тоянное место работы. С Молинари мы договорипись, но когда в июле я забил в товарищеской встрече бельгийскому Андерлехту, а затем в трех играх еще три гола, президент попросил ме­ня остаться. Сказал: «Сергей, по­моги команде». Я согласился. И на первых порах действительно играл. Однако после того как в трех или четырех матчах так и не сумел отличиться, меня снова усадили на скамейку запасных. Уже окончательно.

Не пытался поговорить с руководством еще раз?

— Говорил. Спрашивал: «По­чему не играю?» В ответ — улыб­ка. Подхожу еще раз, мне заявля­ют: «Сергей, тебе надо сменить имидж. Постриги волосы, тогда попадешь в состав». Ну не бред?! Я что, клоун какой-то, чтобы пота­кать им во всем. В общем, ни о чем мы тогда не договорились. Меня вывели из состава, затем решили вопрос о расторжении контракта.

— Сейчас за выступлениями Меца следишь?

— Узнаю результаты. Команда настраивается вернуться в выс­ший дивизион.

— Кстати, как в городе вос­приняли расставание с элитой?

— Расстроились, конечно. Хотя не могу сказать, что французы долго переживают неудачи. Ког­да Мец проигрывал, уже через пять минут в раздевалке можно было услышать смех. Порой скла­дывалось впечатление, что ле­гионеры больше переживают за судьбу команды, чем местные.

«Хотел доказать наглому «итальянцу», что мы мо­жем постоять за себя» 

Неудачи Меца во многом повлияли на твою судьбу в на­циональной сборной. После московского турнира, где ты был удален в поединке с югосла­вами, Леонид Буряк в Кончу-Заспу тебя уже не вызывает. Не пытался узнать, почему?

— Видимо, Леонид Иосифович не простил мне драки с Михайло­вичем. 

Что, кстати, произошло в том эпизоде?

— Михайлович нагло толкнул меня в спину, еще и ударил при этом. Я не сдержался, ответил ударом на удар. А как я еще мог поступить в той ситуации? Обид­но стало. Не за себя — за страну. Мне эта драка ни к чему была. Но ведь если каждый вот так, как Ми­хайлович, будет поступать с укра­инскими футболистами, какое мнение может сложиться о на­шем футболе?! Хотел доказать наглому «итальянцу», что мы мо­жем постоять за себя, а получи­лось, что только навредил само­му себе.

Буряк как-то отреагировал на этот эпизод?

— После матча зашел в разде­валку, сказал, что Скачанко будет оштрафован. Возможно, в том эпизоде я не сдержался, вспылил, но, думаю, любой другой на моем месте поступил бы точно так же. После этого контакты с Леонидом Иосифовичем прекратились.

— И все-таки от 2002 года у те­бя остались и приятные воспо­минания. Появление на свет первенца, наверное, скрасило все остальные неприятности?

— Безусловно. Сергею Серге­евичу девять месяцев. Как гово­рят, «родил» его вместе с женой. С первого дня появления сына на свет я рядом с ним. Он меня да­же «няней» называет. Хочу, что­бы сын стал футболистом. Пото­му и назвал его Сергеем. Чтобы потом в справочниках снова фи­гурировало имя и фамилия Сер­гея Скаченко. Не заладится в футболе, может, станет тенни­систом. В любом случае, глав­ное, чтобы рос счастливым и здоровым.

На ведь и отец, наверное, не собирается заканчивать фут­больную карьеру?

— Конечно, нет. Еще годика три-четыре планирую поиграть. Силы есть.

— А предложения?

— Тоже, всеми вариантами дальнейшего трудоустройства за­нимаются мои агенты. Могу ока­заться как в Европе, так и в Азии. Есть предложение из Китая, зовут в Швейцарию, где я неплохо се­бя чувствовал, когда выступал за Ксамакс. Однако окончательно с трудоустройством определюсь уже после Нового года.

Дмитрий Дымченко, 19.12.2002

День в истории. Три дебютанта Леонида Буряка

На ваш взгляд, какой результат покажет сборная Украины на Евро-2021?

Посмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...
© Копирование контента разрешено только по согласованию с редакцией.

Вложения